^{SABLE RHODES, 25}

run, baby, run
run for your life.

сейбл никогда не была девушкой, которую приводят знакомиться с родителями.

она появляется после полуночи, пахнет сигаретным дымом, ванилью и похотью. сейбл исчезает раньше, чем кто-либо успевает понять, кем она была на самом деле.

городские улицы знают её лучше, чем собственная квартира. неоновые вывески отражаются в зрачках; бармены помнят любимые напитки; таксисты узнают по голосу; бывшие вспоминают слишком часто.

сейбл не коллекционирует вещи. она коллекционирует взгляды, случайные прикосновения, чужие истории о ней.

говорят, она любит внимание.
(может быть.)

некоторые люди любят сигареты.
некоторые музыку.
некоторые плохие решения.
каждый выживает как умеет.

на её пальцах всегда слишком много серебряных колец. под глазами следы от недосыпа. в телефоне сообщения, на которые она никогда не ответит. сейбл умеет оставаться в памяти людей дольше, чем они остаются в её жизни.

она выбирает мужчин так же, как выбирает песни.
(по настроению.)

её всегда тянет к тем, кого стоило бы обходить стороной. к тем, кто выглядит как катастрофа и ощущается как ебаный потоп.

возможно, проблема в том, что сейбл никогда не боялась разбиться. есть в ней что-то неправильное.

(что-то не отсюда.)

будто её случайно оставили где-то между старым рок-н-роллом, гранджем и полароидными снимками, выцветшими от времени. будто она родилась немного не тогда.

(немного не там.
немного не для этого мира.)

сейбл смеётся слишком громко, чувствует слишком много. верит только в музыку после полуночи, ветер в открытых окнах машины и дрожь басов под рёбрами.

а ещё в то, что некоторые люди появляются в жизни не для того, чтобы остаться, а для того, чтобы оставить шрам на сердце.

сейбл никогда не была хорошей идеей (для кого-либо) и именно поэтому её так трудно забыть.

(в целом тяжело забыть того, на кого дрочишь посреди ночи, да, трой?)